Поиск
  • bisnes-eg

«ОЧЕРКИ ДОНБАССА»

Днепропетровск, сентябрь 2016 г. Отделение полиции. Женщина, примерно 57 лет, спорит с дежурным майором, и пытается узнать, как продвигается расследование по делу исчезновения ее сына! Через турникет её не пропускают. Пропавший Сергей, был активистом и общественным деятелем, который выступал против майдана, жёстко критиковал постами в социальных сетях новую власть. Помогал беженцам из Донецка. Ходил в Православную Церковь Московского Патриархата и мечтал этот мир сделать добрее и светлее! Уже в который раз, женщину, искавшую сына, просто выслушивают на проходной и не дают возможности встретиться со следователем! Сразу у входа в отделение зашарпанная лавочка, большими болтами прикрученная к стенке! Вонь стоит неимоверная… В дальнем правом углу, на полу, разместился бомж. На лавочке сидит ещё одна женщина, лет сорока, и, опустив голову, плачет… У нее пропал муж, который тоже имел свое мнение на происходящее в стране. Он спокойно занимался бизнесом, пока за ним не пришли люди в камуфляжной форме, в масках и со странными опознавательными шевронами, похожими на нацистскую символику! Навели соседи… Через сутки жена не смогла привезти деньги и муж, уже не вернулся! Обе женщины ещё не знают, что в отношение этих двух пропаж уголовные дела так и не возбуждены следствием. Две разорванные судьбы встретились в одном месте, в одно время, с одинаковой болью…

Дети и внуки больше никогда не увидят своих отцов… Мать больше никогда не увидит своего родного сына…

Они еще немного посидели, обменялись телефонами, рассказали друг другу о своих знакомых с такой же бедой и тихо, чуть всхлипывая, поплакали. Когда вышли на крыльцо отдела и спустились по ступеням, то увидели стройного молодого офицера полиции, который подносил к губам, уже почти докуренную сигарету, и отворачивал лицо, пытаясь спрятать слезы. Его состояние было раздражённым и, чуть испуганным. Одна из женщин это заметила и, поинтересовалась, чем может помочь. Он выпрямился, посмотрел на женщин, не опуская глаз, и сказал: — «Не ищите, их скорей всего уже нет в живых. Мой двоюродный брат вышел из дома за хлебом в одних тапочках и не вернулся, оставив семью. Всем все известно! Их вывозят на завод к печам и там, уничтожают тела. Сколько там сожгли дотла людей, одному Богу известно. Да и других способов у них полно… Об этом нельзя говорить, эти дела нельзя возбуждать и этими пропажами никто не занимается! Все знают кто, но все боятся, что придут и за ними… Нам остается только молиться за упокой души. Забудьте об этом разговоре и начните жить заново». Глаза, налившиеся кровью, опустились… Он нервно бросил окурок в урну и поднялся по лестнице, молчаливого здания. Женщины продолжали стоять, как вкопанные от услышанного и не могли ничего вымолвить. Да, скорей всего, сидя на кухне с друзьями, они слышали все эти легенды о пропажах сотен людей, но так, что бы прямо в глаза, да еще и от полицейского… — » Что я могу сказать своим детям»,- прошептала про себя мать». -» Что я могу сказать своим родным», — прошептала вдова». Количества исчезнувших людей, которые никуда не собирались уезжать, ужасает… И не только в Днепропетровске об этом не говорят. Страшно обнародовать статистику. Только с начала военных действий на Донбассе — с 2014 по 2016 год, в Днепропетровске и Одессе, без вести пропали десятки тысяч людей. Под все эти события в пять раз увеличилось число пропавших детей. Дети наши уже скорей всего своими органами «спасают» европейцев и наш европейский выбор… Подавляющее большинство исчезнувших были не довольны новой властью и майданом. Не актуально! Просили замолчать всех, кто имел авторитет среди народа и среди простых людей… Все остальное глотается и проглатывается… Такое мы уже видели и проходили в нашей истории… Автор: МАРГИНАЛ

Просмотров: 0

© 1993-2019 Официальный сайт Международного Движения "ЕЖИ"

  • Vkontakte - Black Circle
  • Odnoklassniki - черный круг
  • Instagram - черный круг
  • Facebook - черный круг